Белорусам в эмиграции приходят сообщения от КГБ / Euroradio
“Пишу вам из Минска”, “Понимаете, откуда беспокоят?” — такие сообщения в последние несколько лет приходят белорусским активистам за границей в Telegram, Facebook или Viber.
Если в Беларуси активистов могли забирать на допросы через задержания или повестки в рамках заведённых дел прямо в отделениях, то в случае, когда они находятся за рубежом, единственным способом “дотянуться” становится именно попытка переписки.
“Заходят” в неё спокойно, обращаясь по имени, создавая видимость нормального диалога. Дальше — как пойдёт: лучший вариант — игнорировать, но тогда неизвестные могут начать психологически давить и манипулировать, чтобы контакт всё же состоялся.
В этом тексте Еврорадио рассматривает два случая от политических активистов: когда игнор сработал и когда службы дожали через родителей.
К политической активистке за рубежом Насте [имя изменено. — Еврорадио] службы начали “стучаться” в разных соцсетях ещё в 2023 году. Обычно это были тексты вроде: “Добрый день, я представляю Республику Беларусь, мы заинтересованы в том, чтобы вы вернулись в страну”. Но в начале сентября 2025 года Facebook-аккаунт из Чехии, который добавлялся в друзья ко многим, прислал персонализированное сообщение с юмором.
Настя его проигнорировала, но позже, в конце октября, силовики пришли к её родителям на работу в Беларуси.
— Мне от мамы приходит сообщение в Telegram с текстом: “Дорогая дочь, могла бы ты в такой-то день в такое-то время созвониться со мной, чтобы обсудить семейные дела?”. Я подумала, что либо случилось что-то очень плохое, либо пришли гэбэшники, которые хотят со мной поговорить. Конечно, я согласилась.
Когда наступило условленное время, они созвонились. Сначала разговор шёл о бытовых вещах.
— А потом она говорит, что находится с людьми, которые очень хотят со мной поговорить. Я сразу спрашиваю, угрожают ли ей. Она сказала, что сидит с ними. То есть такой случай, когда не получается отказаться. И я согласилась.
Он поздоровался, представился (хотя у меня, конечно, нет возможности это проверить). И говорит, мол, происходят определённые изменения в политической жизни государства, и мы бы очень хотели, чтобы молодёжь возвращалась на Родину, видим, что вы искренне хотите добра для Беларуси, мол, другие делают это за деньги. А я ему отвечаю, что вы ведь тоже это за деньги делаете, это я с вами бесплатно разговариваю. Он что-то повторял, спрашивал, не хочет ли ещё кто-нибудь с ними поговорить. Я говорю, что есть тут некоторые вопросики. Примерно такой разговор и был. И время от времени он пишет мне до сих пор.
Чёткого календаря переписки нет. Активистка замечает, что он писал, когда она ехала в зарубежные поездки или когда освобождали политзаключённых. Попытки поговорить на другие темы были безуспешными — собеседник всегда возвращался к “скрипту”.
— Они хотят со мной разговаривать — окей, я им дам такую возможность, но оставлю за собой право отвечать или не отвечать. Пока я этим пользуюсь.
Я не считаю, что что-то “сливаю”. А вот с его стороны это было дважды. Например, когда в последний раз освобождали людей [19 марта — Еврорадио], он почему-то решил рассказать мне об этом, мол, ждите.
Наста говорит, что сотрудник служб примерно раз в месяц также навещает её мать на работе, спрашивает, как дела у дочери. У женщин есть свой “протокол безопасности” и “сигналы”, по которым будет понятно, если что-то случится.
Пока Наста не знает, чем может закончиться эта связь, но допускает, что может произойти утечка информации.
— Когда это началось, я сразу предупредила своего друга и коллегу, что выхожу с ними [спецслужбами РБ. — Еврорадио] на связь. Мол, я нахожусь в такой коммуникации, не знаю, к чему она приведёт, но предупредила сразу же.
Валерий Мацкевич имеет богатый опыт взаимодействия с белорусскими спецслужбами ещё со времён, когда он был активистом “Молодого Фронта” в Бобруйске. Сейчас внимание к нему приковано из-за деятельности в эмиграции. Валерий — член Координационного совета и руководитель аппарата Объединённого переходного кабинета.
Мацкевич заметил, что за время эмиграции было несколько волн, когда ему приходили сообщения от незнакомцев с предложениями сотрудничества. Первая — во время предвыборной кампании в КС предыдущего созыва, то есть в 2024 году. Тогда же на всех кандидатов в Беларуси заводили уголовные дела, по местам регистрации проходили обыски. Также сообщения активизировались, когда ОПК признали в Беларуси “террористической организацией”.
Политик занял позицию ни в коем случае не отвечать незнакомцам.
— Я поначалу просто делал скриншоты этих сообщений “для истории”, скажем так. Случалось, что если я блокировал и удалял аккаунты, то на следующий день у меня были десятки пропущенных вызовов в Telegram от кого-то с очень странными никнеймами (две буквы, какие-то символы). То есть понятно, что это не рабочие контакты, не наше окружение.
Иногда предлагают и разговор голосом. Чтобы “верифицировать себя”, предлагают позвонить с домашнего телефона родителей — это создаёт дополнительное давление на активиста. Из-за активной политической деятельности близкие Валерия Мацкевича тоже сталкивались с таким давлением.
— Некоторое время назад снова приходили сотрудники уголовного розыска, снова якобы меня искали. Были обыски и разные попытки психологического давления. Но мы все взрослые люди. В данном случае родители имеют право не знать, где я нахожусь и чем занимаюсь.
После длительного игнорирования политик стал получать сообщения с угрозами начать против него кампанию по дискредитации: создать сомнительную репутацию, не уточняя, на каком основании. В то же время в Координационном совете проходило заседание, которое публично транслировалось на YouTube, где Валерий Мацкевич рассказал об этих угрозах. Реакция последовала сразу: “Мы давали тебе шанс, пеняй на себя”.
Чтобы следить за важными новостями, подпишитесь на канал Еврорадио в Telegram.
Мы каждый день публикуем видео о жизни в Беларуси на Youtube-канале. Подписаться можно тут