Белорус умер после лечения зуба. Почему рано обвинять медиков?

Белоруска рассказала в Threads о смерти мужа после стоматологического лечения. По её словам, после процедуры у мужчины начались осложнения, он принимал антибиотики, но его состояние ухудшалось. Женщина также описывает попытки получить медицинскую помощь и задаётся вопросом, можно ли было спасти мужа.

Чтобы разобраться в этой истории, Еврорадио поговорило с доктором Станиславом Соловьём, который занимается вопросами реформирования белорусской системы здравоохранения в Офисе Светланы Тихановской.

— Стоит понимать, что у нас есть история только со слов самой пациентки, которая не может давать полной картины. Просто потому, что это слова только одной стороны — стороны пострадавшей. И тут мы сталкиваемся с очень неприятными последствиями: в целом очень сложно говорить про любые нежелательные исходы в медицине — будь то врачебная ошибка, откровенная халатность или просто осложнения, которые, к сожалению, в медицине бывают.

По словам Соловья, даже правильно назначенное лечение не всегда приводит к желаемому результату. Чтобы оценить конкретный случай, нужно знать, какая именно инфекция развилась, какие препараты назначали и как менялось состояние пациента.

— Одно дело — локальная инфекция, другое дело — если она распространилась. Тут можно спекулировать очень много, но ничего оформленного сказать нельзя.

Есть и ещё одна сложность: медики связаны врачебной тайной и не могут публично комментировать подробности лечения. В результате родственники пациентов могут рассказывать свою версию событий, а медицинская сторона зачастую не имеет возможности ответить. Это усиливает недоверие к системе, особенно если она и без того закрыта от общества.

Почему скорая не должна решать, нужна ли больница

При этом эксперт обращает внимание на отдельную системную проблему — то, какие функции сегодня выполняет скорая помощь в Беларуси. По его мнению, бригады не должны оценивать состояние пациента дома и решать, требуется ли ему госпитализация.

— Скорая помощь не должна являться оценщиком состояния пациента дома. Её работа — доставить человека из точки А в точку Б, когда есть ощущение, что человек вот-вот умрёт. А точка Б — это больница.

Соловей объясняет: у бригад скорой нет оборудования и специалистов, необходимых для полноценной диагностики по всем медицинским направлениям. Они не могут заменить обследование в стационаре, где есть томографы, УЗИ и лаборатории.

— Тяжёлый пациент должен быть доставлен в больницу. Малейшее сомнение решается в пользу пациента, его нужно доставить. Оценивать, надо ему в больницу или нет, скорая помощь не должна.

По словам эксперта, сейчас на скорую фактически перекладывают задачу, для выполнения которой она не предназначена. Это может создавать дополнительные риски для пациентов. Однако утверждать, что именно эта проблема привела к смерти мужчины из истории в Threads, нельзя: для такого вывода нет достаточной информации.

Почему нельзя назначить виноватых

Станислав Соловей предостерегает от попыток восстановить ход событий по одному рассказу и определить, кто виноват в произошедшем. Без медицинских документов и объяснений всех участников можно построить несколько совершенно разных версий.

— Можно придумать сюжет в двух, трёх, четырёх вариациях, где виноват будет сам пациент, где виновата скорая помощь, где виноват врач-стоматолог, где виноват врач-реаниматолог. Поэтому это спекуляция.

Эксперт подчёркивает, что смерть молодого человека после, на первый взгляд, обычной медицинской процедуры закономерно вызывает сильную эмоциональную реакцию. Но делать выводы о причинах трагедии без полной информации было бы непрофессионально и неэтично.

— Единственное, что мы можем сказать: у женщины погиб близкий человек в возрасте, в котором он не должен был погибнуть, и по той причине, которая обычно ни у кого в голове со смертью не связывается. Умирать от рака, инфаркта, инсульта — это укладывается в голове. Умереть от инфекционных осложнений в стоматологии — нет. Но, к сожалению, такое тоже может произойти.

По мнению Станислава Соловья, сейчас важно, чтобы все службы, участвовавшие в оказании помощи, разобрались в произошедшем и выяснили, можно ли было действовать иначе. Если были ошибки, на них нужно учиться.