”Направление более привлекательное”. Украинец рассказал, как убежал через Беларусь

В конце октября белорусское медиапространство обсуждало историю Виталия Крикривенко — украинца, который этим летом в компании двух мужчин нелегально пересёк украинско-белорусскую границу и попал в Евросоюз. Молодой человек успел записать серию видео о своём опыте и дал интервью провластному изданию Slutsk-Gorod.by.

Журналист Еврорадио поговорил с Виталием о его опыте бегства из воюющей страны, отношении к войне и белорусским силовикам.

“Что можно увидеть, если вокруг лес, лес и снова лес?”

— В разговоре с белорусским изданием вы тепло рассказывали о том, как вас встретили белорусские пограничники: давали воду, помогали добраться до границы с Литвой. Вы даже называли белорусов братским народом. Однако у многих белорусов совершенно другой опыт взаимодействия с силовиками. Особенно после событий 2020 года, когда начались репрессии и массовое насилие со стороны силовых структур, продолжающиеся до сих пор. Почему, на ваш взгляд, белорусские пограничники отнеслись к вам настолько доброжелательно?

— Я рассказывал исключительно о своём опыте и о том, что видел. Я наблюдал, как пограничники и другие силовики разговаривали с парнями, с которыми я выходил, а затем сопровождали нас до границы с Литвой.

Взрослый человек может спокойно оценить поведение другого человека, его отношение к тебе, манеру общения и поступки. Я ещё раз вспоминал, как нас встречали на разных этапах маршрута. И пограничники, и другие силовики выражали сожаление по поводу того, в каком состоянии мы оказались и через что нам пришлось пройти.

Поэтому в своих видео я рассказывал именно о том, что сам видел и замечал.

— А как вы относитесь к тому, что белорусские власти также способствовали российскому вторжению в Украину в феврале 2022 года? Как это сочетается с вашим положительным опытом после пересечения границы?

— С одной стороны, то, что они позволили российским войскам пройти через свою территорию, фактически подставило нас, украинцев. Особенно тех, кто жил в Киевской и Житомирской областях.

Безусловно, ответственность за это лежит на тех, кто отдавал приказы, кто был к ним причастен и кто эти приказы выполнял. Это прежде всего их ответственность.

Почему они это сделали и какие цели преследовали — уже второстепенный вопрос. Вина за ними останется в любом случае. Важно не только то, что произошло, но и какие приказы были отданы. В результате гибли мирные жители, а не только военные.

 — Когда вы пересекли белорусскую границу, пытались ли силовики получить от вас какие-либо сведения о военной инфраструктуре Украины? Например, о расположении украинских войск, ситуации в Киеве или Чернобыльской зоне?

— Их интересовала вся моя история: кто я, откуда, что со мной произошло. Одни и те же вопросы задавали по несколько раз. Думаю, чтобы проверить, совпадают ли мои ответы и нет ли в них противоречий.

Также спрашивали, что я видел по дороге. Но что можно увидеть, когда вокруг лес, лес и снова лес?

“Физически невозможно полностью её контролировать”

— Вы также говорили, что при возможности могли бы остаться в Беларуси. Учитывали ли вы политические риски для граждан Украины, оказавшихся на белорусской территории? Задумывались ли вы о том, что само по себе украинское гражданство могло бы сделать ваше пребывание в Беларуси опасным?

— Я об этом не думал. Не знаю, насколько это было бы опасно.

Насколько я понимаю, в любом случае проводится проверка. Если человек приезжает из Украины во время боевых действий, его ведь не могут просто так впустить. Наверняка существует определённая процедура проверки. Поэтому я предполагал, что, если после неё меня пропустят, дополнительных вопросов уже не должно возникнуть.

Кроме того, я не очень хорошо знаю Беларусь. У меня есть определённые представления об этой стране, стереотипы: например, о качестве сельскохозяйственной продукции, о том, что люди там много работают. Но глубже я никогда не интересовался Беларусью. Поэтому в какой-то момент мне было бы интересно посмотреть на эту страну, познакомиться с ней поближе.

— Вы рассказывали, что перед побегом пытались пересечь границу в разных местах, в том числе на румынском и молдавском направлениях. Можно ли сказать, что белорусско-украинская граница в целом более привлекательна для мужчин, которые хотят покинуть территорию Украины?

— Да, сейчас я считаю, что это направление более привлекательно.

Но нужно понимать, что не вся белорусско-украинская граница безопасна для пересечения. Есть участки, которые охраняются более тщательно, а есть болота, где охрана слабее. Кто будет постоянно охранять болота?

Вся граница с Беларусью составляет около тысячи километров. Физически невозможно полностью её контролировать.

Отличие белорусского направления от румынского заключается в том, что на румынском маршруте всё зависит от рельефа. Если идти через Карпаты и Закарпатье, пограничники понимают, где могут появиться люди. Есть определённые узкие места, где их поджидают. Обычно это происходит неподалёку от пограничных застав.

На белорусском направлении местность преимущественно равнинная. Там нет гор, обрывов и других природных препятствий, которые ограничивали бы возможные маршруты. Поэтому предсказать, где именно человек будет пересекать границу, сложнее.

Конечно, не вся граница одинаковая. Мы рассматривали именно Чернобыльскую зону отчуждения. Этот вариант показался нам наиболее подходящим. Мы собрали информацию, и наши предположения подтвердились.