Читать еще: Светлана Тихановская стала лауреаткой премии Анны Линд
Но да, когда мы [Народное посольство] сталкиваемся с политиками, они хорошо относятся к нам. Они помнят, что народ отказал Лукашенко в поддержке и что боролся, чтобы получить свободу. Кстати, об этом свидетельствует и премия имени Анны Линд, которую Светлана Тихановская получила несколько недель назад.
Но для большинства людей Беларусь остается неизвестной.
Может, проблема во внутриполитической ситуации?
Общее отношение к мигрантам влияет и на отношение к белорусским беженцам, соглашается наш собеседник.
— С 2015 года Швеция была одной из наиболее открытых стран для мигрантов. Сюда ехали тысячи человек из Сирии, Афганистана, Южной Африки. И это продолжалось, пока Швеция не поняла, что ее ждет коллапс, что она не может интегрировать такое количество людей.
Напомним, именно из-за того, что Швеция отказывается выдавать курдских беженцев, Турция долгое время блокировала ее путь в НАТО.
— Сейчас маятник качнулся в другую сторону. Страна старается сконцентрироваться на интеграции тех, кого уже приняла.
Но количество белорусов в общем количестве мигрантов — капля в море. И к тому же у белорусов обычно нет проблем с интеграцией. Они быстро учат язык, быстро устраиваются на работу.
Это парадоксальная ситуация: Швеция принимала много мигрантов, когда кризис был далеко. А теперь, когда кризис рядом, начала отказывать в убежище. Конечно, ситуация должна быть обратной.
Беларусь — потенциальная Швеция
Но Дмитрий любит Швецию и считает, что Беларусь должна жить так же, как эта скандинавская страна. Сам он работает в банковской сфере и волонтерит в Народном посольстве Беларуси.
— В жизни здесь много плюсов. Швеция — это развитая демократическая страна, где у людей есть не только демократическая система, но и демократическая культура. Люди пытаются друг друга слушать, слышать и принимать во внимание мнения друг друга.
Думаю, после возвращения демократии в страну Беларусь довольно скоро станет похожей на Швецию.