После выборов многие белорусы вынуждены были бежать в соседние страны — буквально с парой маек в рюкзаке. Это было непросто, и части беженцев потребовалась психологическая и даже психиатрическая помощь.
С чем наши земляки обращались к специалистам? Как им помогали? Какие последствия для здоровья могут вызвать такие проблемы? Об этом Еврорадио рассказала психоаналитик Елена Платова, которая помогла нескольким десяткам белорусов, выбравшим для “релокейта” Украину.
— Месяца через три после того, как в Беларуси произошла революция, я узнала, что украинские знакомые помогают белорусам укрыться от преследования властей у нас в стране. Сообщали, что этим людям (а среди них были и подростки) нужна психологическая помощь. Я согласилась её оказать, потому что остаться от произошедшего в стороне просто не могла. Ведь Украина переживала подобное во время Майдана, и модель травмы у тех и у других людей одна, — говорит Платова.
Она отмечает, что белорусы, которые к ней обращались, были в основном молодые — до 35 лет. Чаще — женщины. Они приходили на сеанс, но при этом были очень настороженными и с подозрением смотрели на психоаналитика, опасаясь ей довериться.
— Люди были в шоке от того, что с ними произошло: у них был дом, семья, коты, работа, друзья, а тут их взяли и оторвали с кровью от всего этого и выбросили в чужое место. Кто-то перестал верить в свои силы, других срубило отсутствие поддержки семьи, многие страдали из-за разорванных социальных связей и невозможности их восстановить. Они были дезориентированы и растеряны, закрыты, редко улыбались и мало проявляли радость, даже если я пыталась шутить, чтобы проверить, как человек реагирует на какие-то простые штуки.
Конечно, постепенно люди отходили и начинали подробно рассказывать специалисту свои истории, делились своими чувствами: во время психотерапии надо прожить эмоции заново. Причину отъезда из Беларуси почти все называли одну — возникла опасность для их (или семьи) жизни и здоровья.
Но бывали ситуации, когда люди не признавали для себя ситуацию, которая с ними произошла, отрицали её. Елена говорит, что это такой своеобразный способ психологической защиты для того, чтобы не уйти в переживания и начать действовать. Но рано или поздно проблема всё равно вылезает наружу и с ней придётся работать.
— У меня стояла задача помочь людям “заземлиться”, осмотреться на новом месте и понять, что делать дальше. Увы, в некоторых случаях становилось понятно, что без медикаментов не обойтись, тогда я направляла посетителей к своему знакомому психиатру, которая подбирала и выписывала рецепт на лекарство.
Однако Елена утверждает, что не всегда и не для всех ситуация оказывается крайне трагичной. Ведь человек — существо очень мощное и адаптивное, умеет приспосабливаться к разным условиям, которые подбрасывает жизнь.
По статистике из психотравмирующей ситуации, в которую могут попасть люди, около 75% смогут выйти без последствий, еще 20% должны будут приложить к этому усилия, возможно, получить помощь специалиста.
А вот у 5% с этим могут возникнуть сложности, потому что они теряют энергию и веру в то, что что-то можно изменить. Их состояние потребует лечения препаратами, помощи психиатра, но и эта ситуация не безнадёжна, и выйти из неё можно.
Несмотря на сложности, все белорусы сообщали, что хотят вернуться на родину. И чтобы это не произошло слишком быстро, когда возвращаться ещё опасно, психоаналитик шла на запрещённый прием. Она говорила, что, даже находясь в другой стране, они могут сделать для Беларуси много полезных вещей.
— Для того чтобы адаптироваться в ситуации, аналогичной той, в которую попали белорусы, требуется от четырёх до шести месяцев. Конечно, и после этого времени возможны триггеры, которые могут возвратить человека в тревожные или травматические состояния.
Чтобы оценить своё (или знакомых) состояние и понять, нужна ли помощь, психоаналитик рекомендует провести диагностику. В первую очередь надо оценить, выполняется ли жизненный базовый уровень человека: спать, есть, двигаться, ухаживать за собой.
Если с этим всё хорошо, то надо посмотреть, может ли человек общаться с другими людьми более пяти минут. А дальше спросить: могу ли я просить помощь и принимать её?
— Отлично, если на все вопросы вы ответили “да”, — продолжает Елена. — Тогда можно двигаться дальше — заботиться о себе и о других, искать ресурсы, которые дадут энергию для жизни. Для каждого это своё: чтение, медитация, музыка, прогулки, общение, да всё что угодно. А вот чтение новостей с родины стоит ограничить небольшим промежутком времени.
Если с базовым уровнем у человека проблемы, то здесь уже нужна помощь, даже принудительная. Ведь в таком состоянии исход может быть самым печальным, и для этого не придётся “выходить в окно” — человек может умереть сам по себе, психика может просто отказаться от жизни.
Чтобы следить за важными новостями, подпишитесь на канал Еврорадио в Telegram.
Мы каждый день публикуем видео о жизни в Беларуси на Youtube-канале. Подписаться можно тут