Белорус Илья Железняков, в Варшаве ему пересадили сердце / Еўрарадыё
У Ильи — новое сердце. 5 месяцев назад, в марте, ему сделали пересадку.
"Оно не болит, я не задыхаюсь и не боюсь засыпать, потому что точно знаю, что проснусь завтра”, — говорит Илья. Но сердце приживается очень медленно, и Илья не может начать новую жизнь.
"Я здесь полтора года, и никак не могу выбраться", — вздыхает парень. Все это время он практически живет в больнице. Маленькая одиночная комната с кроватью, минималистичным столиком, стулом и туалетом. Пока мы разговариваем, в палату один за другим заходят медики.
— Ваш ужин.
Ужин — несколько кусков арбуза, лист салата, творожная намазка, белый хлеб. Илья не хочет есть. Не может смотреть на больничную еду.
"Оно неплохо, если любишь такое. А я люблю бургеры и сало", — старается шутить парень.
— Померяем сахар ... низкий…
Илья — гомельчанин. В 14-ть набил первую тату другу. С тех пор никогда не оставлял своего дела и всегда имел стабильный хороший заработок.
"Я еще школу не закончил, а у меня уже были клиенты — зарабатывал больше мамы. Работало сарафанное радио, — рассказывает Илья. — Я всегда старался подходить к клиенту индивидуально, разговаривать с ним, давать время определиться. Ведь получается, что часть меня будет всю жизнь с этим человеком, и я должен сделать так, чтобы было не стыдно за свою работу. Поэтому после первой сессии обычно клиенты становились моими друзьями и возвращались вновь. Татуировщик — это своего рода психолог. Если доверили кожу — то и душу".
Сейчас Илья не знает, когда вернется на работу. И продолжит ли любимое дело вообще — во-первых, работать ему пока нельзя, во-вторых, трясутся руки. Когда Илья об этом рассказывает, он плачет. Говорит, что в последнее время стал слезливым, и что, возможно, так себя проявляет новое сердце.
"Я не знаю, что думать о будущем, потому что не могу ничего спланировать. Это замнутый круг. На BySol для меня открыт сбор, я прошу денег в том числе на комнату в хостеле. А как я могу себе что-то снять, если раз в неделю нужно наведываться к врачу и меня могут просто здесь оставить?! Я недавно наконец вышел из больницы, заплатил последние деньги за хостел, неделю там прожил и меня забрали. Деньги пошли вникуда”.
Вся семья Ильи по женской линии — сердечники: и бабушка, и мать, и сестры. Сердце Ильи всегда работало исправно — он плавал, ездил на велосипеде по бездорожью, ходил в качалку, а после переезда в 2018-м в Польшу — в горы. А потом стало тяжело дышать, подниматься на второй этаж, начали отекать ноги.
"С партнершей мы ждали ребенка, я много работал. Думал, что это все из-за сидячей работы. Но однажды ехал домой, и кости на стопах отекли настолько, что стали больше всей ноги, стало жечь в груди. Я хорошо знаю симптомы сердечников. Позвонил в скорую и закричал, что умираю…”
На тот момент Илье было 30 лет. Скоро ему поставили кардиостимулятор, который дал возможность более-менее нормально прожить полтора года. Семья переехала под Варшаву — ближе к родителям девушки. У пары родилась дочь. Илья много работал, но болезнь вернулась — помогать с ребенком и по дому не было сил. Начались скандалы. Молодые люди разошлись. Илья снова и снова оказывался в больнице.
"Поставили сердечную недостаточность, кардиомиопатию, уточнили другие диагнозы. Садречные желудочки работали неритмично, из-за чего кровь не фильтровалась, органам не хватало кислорода, собиралась жидкость. Жидкость была в легких, отекали живот и ноги. Капельницами и мочегонными воду спускали. Так повторялось полтора года. Из-за кардиостимулятора окончательно вышел из строя клапан. Врачи говорили о необходимости пересадки".
Все это время Илья ждал ответа от Национального института кардиологии. Однако его состояние настолько ухудшилось, что врач, который лечил парня, срочно направил его в клинику хирургии WUM. Ждать новое сердце пришлось недолго.
"Я был на грани, поэтому стоял в ускоренной очереди. Говорили, что под мои параметры часто есть сердце. Наверное 3-4 недели только ждал, — вспоминает Илья. — Но для того, чтобы квалифицироваться на пересадку, нужно быть полностью здоровым, чтобы никакая болячка не мешала сердцу приживаться. А у меня с 16-ти лет саркоидоз легких. И это была главная причина отказать. Но меня лечили, сделали мне зубы, исследовали все на свете”.
Илья не знает, кто его донор, хотя ему хотелось бы знать имя этого человека — чтобы за него молиться.
"Только головой понимаю, что у меня чужое сердце, а физически — нет. Но я благодарен, что оно мне досталось. Пытаюсь не думать о том, что, как и где, ведь иногда возникает чувство, что я его украл. Однако мне сказали: "Успокойся. Ты получил новое, молодое, здоровое сердце, живи дальше".
Жить полноценной жизнью пока не получается. Постепенно после пересадки Илья начал ходить — а это тяжело, ведь мышцы во время долгого лежания атрофируются. Он старался — потихоньку поднимался по лестнице, даже доходил до магазина. Неделю прожил в хостеле. После чего — пневмония и реанимация, все из-за сильно ослабленного недугом и лекарствами иммунитета.
Сейчас Илья снова пытается ходить. Но он очень слаб. Весит всего 54 килограмма. Говорит, что нужно будет полностью менять гардероб — похудел за время бесконечной больницы на 20 килограммов. Его лечение оплачивает государство. Но за это время у Ильи закончился срок действия паспорта и ВНЖ: заняться документами пока нереально. Деньги тоже закончились.
"Живу только благодаря помощи обычных белорусов, к которым обратился через группу в Фейсбуке. Я особо ничего не прошу. В основном воду — мне нужно много пить. Морально тяжело, потому что я здесь один".
Илье стыдно за нынешний сбор на BySol, стыдно просить: ведь помощь нужна маленьким детям, а он взрослый. Но, говорит, что выхода нет — надо пройти этот путь.
"Ну, если это цена жизни, то у меня есть цели. Я хочу, чтобы моя дочь знала, что у нее есть отец, который ее любит. Я прекрасно понимаю, что ее мама очень много работает, чтобы обеспечивать ребенка, и она злится на меня, что не плачу алименты на дочь — я не работаю и не имею доходов. И моя цель вернуться, встать на ноги, чтобы показать, что я еще чего-то достоин”.
В Варшаве у Ильи никого нет. К нему рвется приехать немолодая и больная мама — но у мамы нет визы, и самостоятельно пройти этот сложный квест она не сможет. Если вы живете в Варшаве и хотите поддержать Илью — даже просто поговорить — пишите в редакцию Еврорадио. Мы расскажем, как его найти.
To see this content visit the full version of this page.
Чтобы следить за важными новостями, подпишитесь на канал Еврорадио в Telegram.
Мы каждый день публикуем видео о жизни в Беларуси на Youtube-канале. Подписаться можно тут